Олег Смолин: Чтобы покончить с насилием в школах, необходимо менять курс образовательной политики

22.01.2018 10:57

Олег Смолин

1-й зампред комитета Госдумы по образованию и науке, фракция «КПРФ»

Комментарий к статье Сначала любить, потом учить: парламентарии об экстремизме в школах

Начну с того, что мы имеем здесь не факт, а явление. Несколько повторяющихся фактов – это уже явление. Причем в данном случае мы явно обогнали Европу и стремимся вслед за Соединенными Штатами. Лучше бы мы догоняли их по уровню экономики и материального благосостояния!

Есть совершенно очевидная причина, лежащая на поверхности, за которую все хватаются. Эти дети, нападающие на других учеников и на учителей, повторяют то, что они видели в интернете или на телеэкране. Т.н. "публичное насилие" вошло в своеобразную моду, но возникает вопрос, почему в России оно вошло в моду гораздо больше, чем в Европе.

Дело не только в интернете и не только в недостатке безопасности школ. Одними лишь мерами безопасности проблему тоже не решить. Например, если мы, как предлагают некоторые коллеги, введем во всех школах металлоискатели, то в крупных школах дети, пришедшие к первому уроку, будут входить в школу лишь к последнему уроку. Если в школе учатся несколько сотен детей, то представьте себе, как они будут двигаться через металлоискатель! Чисто полицейскими и охранными мерами решить проблему школьного насилия не удастся, хотя и какие-то из этих мер тоже предпринимать нужно.

Я считаю, что ключевая проблема кроется, если угодно, в том движении, которое происходило в послесоветское время, в особенности где-то после 2003 года, т.е. в движении от живого образования в сторону мертвого образования. Что нам говорили, когда вводили единый госэкзамен? Нам говорили, что надо убрать из школы человеческий фактор. Но образование – это прежде всего сфера человеческих отношений, а не юридических, это сфера отношений учителя и ученика. Как только из этих отношений убрали человеческий фактор, появилась бесчеловечность и ее следствие – насилие. Ситуация усугубляется еще и агрессивной информационной средой, которая нередко формирует агрессивный тип личности. К сожалению, в России сегодня в моде т.н. "конкурентный индивидуализм", когда человек хочет выделиться любой ценой. Ну и, кроме того, российское учительство вынуждено все меньше заниматься детьми и все больше – бумагами, отчетами, формальными показателями, и т.д.

Поэтому проблема комплексная, и какими-то частными, отдельными законами ее не решить. Надо серьезно менять курс образовательной политики, вспоминая известного Яна Амоса Коменского, который говорил: сначала любить, потом учить. Можно вспомнить и знаменитый фильм "Место встречи изменить нельзя", где один из героев говорит, что преступность может быть побеждена в эру милосердия.

Меры по ограничению сцен насилия на экранах и в интернете, безусловно, нужны. Меры по укреплению безопасности в школах, наверное, нужны. Но всего этого недостаточно для того, чтобы покончить со школьным насилием. По моему убеждению, прежде всего нужен другой курс образовательной политики.
Поделиться ВКонтакте Поделиться в Facebook Поделиться в Twitter
Парламентарии комментируют

Правительство снизило с 1 млрд руб. до 400 млн руб. максимальный размер кредита на инвестиционные цели, который может получить субъект малого и среднего предпринимательства по льготной ставке 6,5%. При этом максимальный размер суммарного объема кредитов, которые могут быть выданы одному заемщику на эти цели, не меняется

"Сегодняшняя деструктивность организации и ее институтов, в первую очередь ПАСЕ, говорит о том, что, возможно, нам стоит самим подумать о приостановлении или замораживании членства России в Совете Европе, не дожидаясь пока начнут процедуру исключения".

В ее состав вошли глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин, ректор МГУ Виктор Садовничий, и.о. секретаря генсовета "Единой России" Андрей Турчак, член ОП врач Лео Бокерия, трехкратный олимпийский чемпион Александр Карелин и др.

Группа депутатов от различных фракций внесла в Госдуму законопроекты, направленные на защиту жизни и здоровья людей, повышающие и дифференцирующие ответственность за распространение фальсифицированных лекарств, в том числе через интернет.