Картинка — / Фото: REGIONS/Владимир Ерастов

В Чехове ищут потомков семьи Лукиных из Шатурского округа

/Главная /Общество

Автор текста:

Татьяна Бесаева

12 ноября16:30

/Главная /Общество

Автор текста:

Татьяна Бесаева

12 ноября16:30

Житель Шатурского муниципалитета Тимофей Лобов разыскивает в Чехове потомков Никиты Лукина — своего двоюродного прапрадедушки, который уехал из деревни Беловская «в работу» и остался в Чехове. Семья давно ищет родственников, связь с которыми прервалась в 1960–1970-е годы.

В деревне Беловская Шатурского округа родились четыре брата — Степан, Василий, Дмитрий и Никита, был еще Захар. Степан, Дмитрий и Никита приходятся Тимофею двоюродными прапрадедушками, Василий — прапрадедушкой.

Степан Родионович родился в 1886 году, Василий Родионович — в 1896-м, Захар Родионович — в 1901-м. Год рождения Дмитрия Родионовича неизвестен. Никита Родионович тоже родился в неизвестном году — предположительно между 1880 и 1905-м, разброс дат очень большой.

Судьбы братьев сложились по-разному. Степан остался в Беловской, отделился и жил на окраине деревни, в конце Слепцово. Слепцово — народное, неофициальное название одной из трех «улиц» деревни: у Беловской было три конца, по числу трех хозяев, чьи земли образовали эти три стороны. Василий жил в деревне Денисьево, совсем рядом с Беловской, в том же Шатурском крае. Дмитрий остался в Беловской, в родовом доме. Никита уехал «в работу» и остался в Чехове.

Исконная фамилия семьи — Лукин: так братья записаны в метрических книгах до революции. После революции, когда появились паспорта и переписи, тем, кто остался в Беловской, в документах 1920-х годов прибавили окончание — они стали Лукиновыми. Никита, как предполагает Лобов, уехал «в работу» раньше, до того, как его успели переписать: на новом месте его записали по старой, правильной фамилии — Лукин. Так в Чехове семья осталась Лукиными, а в Беловской стали Лукиновыми. Это не семейное предание, а подтвержденный факт по метрическим книгам и документам.

Лобов обращает внимание на фамилию. Скорее всего, чеховская семья — Лукины: в 1960-е годы им из Беловской писали письма на имя Лукиных, значит, даже тогда они носили эту фамилию, и менять ее позже было бы маловероятно. Но остается небольшая доля вероятности, что фамилию все-таки изменили на Лукиновых. Поэтому Лобов просит написать и тех, кто знает семью с фамилией Лукиновы, — возможно, это именно те самые родственники.

Никита Родионович Лукин — двоюродный прапрадедушка Тимофея. Его дети родились, скорее всего, в 1920–1930-е годы: Прасковья, Лидия, Антонина, Зинаида и, возможно, еще сын. Почти все они жили в Чехове и почти все были глухонемыми. Только Лидия жила отдельно — в Москве. Она, хоть и была глухонемой, говорила очень хорошо. К ним в детстве ездили внуки Степана — и к Никите, и к Лидии, и к другим сестрам.

Про старшее поколение известно мало. Жена Никиты, по воспоминаниям, тоже была глухонемой — имени ее Лобов не знает; возможно, глухонемым был и сам Никита. Если в семье сохранились фотографии, документы или воспоминания об этой семье, они помогут закрыть пробелы.

Последняя связь между ветвями — 1960–1970-е годы: тогда внуки Степана ездили в гости к чеховским родственникам. С тех пор ветви не общались. Дети Василия к Никите уже не ездили — сам Василий, может быть, и был в Чехове, но следующее поколение уже потеряло эту связь.

Портрет прапрадедушки Тимофея — Лукинова Василия Родионовича. По воспоминаниям родственников, он был очень похож на своего брата Степана, и, возможно, что-то общее было и с Никитой — Лобов допускает, что кто-то из чеховцев увидит в его лице знакомые черты.

Тимофей Лобов просит откликнуться тех, кто знает семью Лукиных из Чехова или их потомков, поговорить с ними и спросить, те ли это родственники. У детей Никиты вполне могут быть живые дети — для Лобова это уже четвероюродные бабушки и дедушки. Родство далекое, но семья хочет найти его и пообщаться, как когда-то общались их родственники.