Картинка
/ Фото: кадр из сериала «Полдень». Режиссер К. Козинский. 2026 год

«Наутилус» и лунная пушка: эксперт из Дубны разобрал пророчества Жюля Верна

Эксперт из Дубны Крейдер разобрала главные прогнозы писателей-фантастов

/Главная /Наука
Автор текста:
Денис Садкевич
/Главная /Наука
Автор текста:
Денис Садкевич

Фантасты прошлого не просто придумывали захватывающие истории — они буквально рисовали карту будущего. О том, какие из их идей уже стали привычными технологиями, а какие пока остаются за гранью возможного, рассказала Оксана Крейдер, кандидат технических наук и доцент Института системного анализа и управления университета «Дубна».

Подводная лодка и полет к Луне: Жюль Верн

Еще в 1870 году Жюль Верн в романе «Двадцать тысяч лье под водой» описал подводную лодку «Наутилус» — судно, которое могло долго оставаться под водой, исследовать глубины и работать на электричестве. На борту были приборы, освещение и все, чтобы плыть автономно. Звучит как описание современной субмарины — и не зря: многие черты «Наутилуса» позже стали стандартом.

Не менее удивительно вышло с полетами на Луну. В романах «С Земли на Луну» и «Вокруг Луны» Верн отправил экипаж из трех человек к спутнику Земли с помощью огромной пушки. Старт он поместил во Флориде — почти там, где позже вырос космодром NASA у мыса Канаверал. Писатель даже продумал траекторию полета, материалы и сценарий возвращения с приводнением в Тихом океане. Ракеты оказались не пушками, но Верн удивительно точно угадал многие организационные и технические детали будущих космических миссий.

Роботы и новые вопросы: Карел Чапек

Слово «робот» вошло в обиход благодаря Карелу Чапеку и его пьесе «R.U.R.» 1920 года. Название придумал брат писателя Йозеф, отталкиваясь от чешского слова robota — «тяжелый труд».

В пьесе роботы были не железными машинами, а искусственно выращенными человекоподобными существами — сильными, быстро обучаемыми, но без души и инстинкта самосохранения. Со временем они начинали чувствовать и осознавать несправедливость. Чапек не предсказал конструкцию современных роботов, но задал вопросы, которые до сих пор не теряют актуальности: как изменится общество, если машины заберут большую часть работы, и какую ответственность мы несем за свои технологии.

Сегодня роботы собирают машины, помогают хирургам, исследуют опасные места и переносят тяжелые грузы. Фантазия Чапека стала повседневной реальностью — пусть и в другом исполнении.

Картинка
/ Фото: киностудия BBC

Три закона и этика: Айзек Азимов

В 1942 году Айзек Азимов в рассказе «Хоровод» сформулировал три закона робототехники, позже ставших культовыми:

  • Робот не должен причинять вред человеку и не может допустить вреда своим бездействием.
  • Робот обязан подчиняться приказам человека, если это не нарушает первый закон.
  • Робот должен заботиться о своей безопасности, если это не противоречит первым двум законам.

Эти правила давно вышли за пределы фантастики и стали основой для этических подходов к разработке искусственного интеллекта.

«Умный дом» и наушники: Рэй Брэдбери

Рэй Брэдбери в рассказе «Будет ласковый дождь» показал дом, который сам готовит, убирает и будто бы разговаривает с жильцами. Сейчас похожие функции есть у систем «умного дома»: они управляют светом, климатом, техникой и даже напоминают о делах.

А в «451 градусе по Фаренгейту» писатель описал крошечные радиоприемники, похожие на ракушки, которые вставлялись в уши. Это удивительно напоминает современные беспроводные наушники — привычные и незаметные, но прочно вошедшие в нашу жизнь.

Что пока остается за пределами реальности

Некоторые идеи все еще живут только на страницах книг. Например, телепортация вещества, как у братьев Стругацких. В реальности возможна лишь квантовая телепортация — передача информации о состоянии частицы, а не самого вещества.

Оцифровать человека тоже пока нельзя. Даже по самым быстрым каналам передача всех данных заняла бы миллиарды лет. А фундаментальный принцип неопределенности Гейзенберга не позволяет одновременно точно измерить координату и импульс частицы — значит, «скопировать» человека без разрушения оригинала невозможно.

То же касается и ИИ с человеческим сознанием. Образ разумного компьютера вроде HAL 9000 из «2001: Космическая одиссея» Артура Кларка остается художественным приемом. Современные ИИ умеют многое, но это не значит, что у них есть сознание. Наука пока не разобралась, как устроено самосознание и субъективный опыт в мозге, а без этого воспроизвести их в коде нельзя.

Картинка
/ Фото: киностудия MGM

Технологии, которые могут стать реальностью уже при нашей жизни

По словам Оксаны Крейдер, некоторые фантастические идеи постепенно превращаются в реальные планы ученых.

Биопечать органов. Роман Мэри Шелли «Франкенштейн» рассказывает о создании живого существа из частей тела. Современная наука идет другим путем — через выращивание тканей и биопечать. Специальные «биочернила» смешивают с живыми клетками, чтобы создавать биологические структуры. Прогнозы говорят, что к 2040–2050 годам появится возможность печатать полноценные органы — сердце, почки, печень. Такие органы будут создаваться из ДНК самого пациента, что снизит риск отторжения и решит проблему нехватки доноров.

Нейротехнологии и связь «мозг — компьютер». В романе Уильяма Гибсона «Нейромант» герои свободно взаимодействуют с цифровой средой. Сегодня ученые развивают нейроинтерфейсы: одни считывают сигналы мозга, другие позволяют управлять устройствами силой мысли. Например, имплантаты Neuralink уже помогают парализованным людям управлять курсором. Системы на базе графеновых электродов и ИИ-декодеров очищают сигналы ЭЭГ. Ожидается, что к 2035–2040 годам такие технологии смогут возвращать зрение через стимуляцию зрительной коры и автоматизировать управление ИТ‑системами.

При этом развитие нейротехнологий идет в строгих этических рамках. Так, в 2025 году ЮНЕСКО выпустила рекомендации по этике нейротехнологий, а в 2026 году Совет по этике РАН обсуждал, как адаптировать эти нормы для России.


«Фантасты не просто угадывали будущее — они вдохновляли инженеров. Их сюжеты становились отправной точкой для реальных экспериментов и прототипов. Сейчас мы идем по более прагматичному пути: воплощаем в первую очередь те идеи, которые решают важные проблемы — в медицине, энергетике, автоматизации труда и так далее», — подытожила Оксана Крейдер.

/читайте также