Запутанные пути: как юные преступники живут за решеткой, о чем сожалеют и мечтают

Можайская воспитательная колония, в которой содержат подростков, осужденных за продажу наркотиков, ограбления, причинение тяжкого вреда здоровью и другие серьезные преступления, находится в поселке имени Дзержинского Можайского городского округа. От уютных частных домиков, находящихся от колонии на расстоянии 300 метров, осужденных отделяет несколько заборов и два блока КПП. Где-то там за ними дети готовятся к сдаче экзаменов, чтобы в будущем поступить в колледж или институт.

Примечательно, что в этом году Можайской воспитательной колонии, основанной в 1964 году, исполнилось 60 лет. Изначально в этом учреждении содержались мальчики, однако летом 2023 года было принято решение, что в колонии будут отбывать наказание девочки.

Можайская воспитательная колония для несовершеннолетних — одна из двух на всю РФ, где содержатся девочки в возрасте от 14 до 18 лет. На 20 ноября в колонии находится 36 осужденных. Кажется, что это очень мало. Но дело не в том, что современные подростки меньше совершают преступления. Система применения наказаний изменилась: к заключению под стражу прибегают только в крайних случаях. По словам сотрудников колонии, изначально подростку назначают штраф или условный срок, но, если преступление повторяется или совершено особо тяжкое преступление, арестовывают.

В колонии не принято спрашивать, за что подросток отбывает наказание. Их даже не называют «осужденными» — просто воспитанники.

Начальник Можайской воспитательной колонии полковник Алексей Томилин родом из Волоколамска. В уголовно-исполнительной системе работает с 2003 года. Сначала работал начальником СИЗО-2 в родном городе, где содержались обвиняемые и подозреваемые в совершении преступлений. Сейчас Томилин перевоспитывает подростков. По его мнению, несовершеннолетние — самый трудный контингент.

По его словам, многие представляют сотрудников ФСИН как бездушных людей. На деле же в колонии могут работать «только по призванию». 

«Двор для прогулок с решеткой»

Все подростки попадают на территорию колонии только после медсанчасти. Там же располагается карантинная зона, где осужденные находятся до 15 суток. В этот период их осматривают врач и психолог.

Корреспонденты REGIONS не стали исключением. После блока КПП журналистов сопровождают по узкой дорожке к двухэтажному зданию. На пороге стоит широко улыбающаяся женщина — заведующая здравпунктом филиала медицинской части N2 ФКУЗ МСЧ-50 ФСИН России Елена Назарова. Женщина работает в системе уже более 20 лет, а именно в этой колонии «только восьмой год».

Назарова признается, что самое сложное, после того как ребенка доставили в колонию, — успокоить его после СИЗО. 

Заведующая здравпунктом уточняет, что за эти две недели, пока подросток находится в карантине, его не только успокаивают, но и выявляют проблемы со здоровьем, в том числе и хронические. 

По ее словам, в медблоке постоянно работают два фельдшера, старшая медсестра, две дежурные медсестры, педиатр, стоматолог, психолог и гинеколог. В случае экстренной помощи или операции подростков вывозят в Можайскую ЦРБ. 

«Никто не ждет»

После «экспресс-проверки» корреспонденты REGIONS попадают на территорию колонии. Журналистов отводят в столовую. Там корреспондент замечает худенькую бледную девушку по имени Вероника с невероятной улыбкой и безумно глубокими глазами. 

Ника из Самары. Она осуждена по 228-й статье УК РФ — «Незаконные приобретение, хранение и перевозка наркотических средств». Когда ей было всего пять лет, мама ушла из семьи к другому мужчине. Ее растил только отец.

По ее словам, в 14 лет она познакомилась с компанией ребят и вскоре влюбилась в плохого парня. Она знала, что он употребляет и продает наркотики, но на тот момент не понимала, к чему это может привести. 

Позже она узнала, что не стало мамы. А на комнате в коммуналке, где они жили с отцом, висят огромные долги. Подросток признается, что долгое время не знала, как жить дальше, но благодаря сотрудникам колонии поняла, что хочет получить высшее образование, создать семью и сделать все, чтобы ее дети никогда не оказались в такой ситуации. 

По словам начальника колонии, Вероника очень активно принимает участие в конкурсах и олимпиадах, а также охотно берется за работу. Ведь все это повышает шансы подростка на условно-досрочное освобождение. Для девочек, мечтающих о новой жизни, это сильная мотивация.

Однако выйти через месяц у Ники не получится. В колонии для несовершеннолетних крайний возраст пребывания — 18 лет, поэтому ей предстоит переводиться во взрослую колонию. Но там у нее есть перспектива выйти по УДО, а позже попросить помощи по программе пробации. 

«Каждому нужен второй шанс»

Пока были в столовой, корреспондент услышал, что между собой осужденные называют колонию «пионерским лагерем». Начальник колонии Алексей Томилин уточняет, что воспитательная колония кажется ребятам «лагерем», потому что каждый из них успел посидеть в СИЗО наравне со взрослыми преступниками. Подростки видели тяготы суровой жизни в неволе и потому ценят те условия, в которых живут сейчас. А ценить есть что — на территории нет ни единой решетки, играет радио, и разбито множество клумб. 

Кроме того, подростки ходят в школу, занимаются в различных кружках, участвуют в соревнованиях и олимпиадах, а иногда в качестве поощрения ездят на экскурсии в город. 

К слову, один из самых доступных способов прикоснуться к вольной жизни — школа. Многие подростки, стесняясь, признаются, что раньше не хотели учиться: «не видели смысла» или «было неинтересно», но благодаря необычному подходу директора общеобразовательной школы заслуженного учителя России Ольги Князьковой пересмотрели свои взгляды.

Ольга Князькова пришла работать в школу в 1982 году, когда ей было всего 25 лет. Женщина смеется, вспоминая прошлых учеников, уточняя, что с девочками работать сложнее. 

По ее словам, социализировать детей, которые однажды совершили ошибку, заинтересовать их и показать, что по-другому жить можно и нужно, — ее основная задача.

Директор школы отметила, что многие дети поступают в колонию с колоссальными пробелами в знаниях. 

По ее словам, несмотря на трудности, Можайская воспитательная колония стала первым учреждением, где стали сдавать ГИА и ЕГЭ. 

Директор уточняет, что за период работы ее ученики не раз становились победителями олимпиады МГУ им. Ломоносова в рамках проекта «Путевка в жизнь». По ее словам, в олимпиадах участвует примерно половина осужденных. 

Князькова подчеркивает, что, как и у всех других учеников, у каждой девочки в колонии есть портфолио, где накапливаются все достижения — учебные, творческие, спортивные.

«Я хочу все это забыть»

В классе математики фотограф издания видит девочку, сидящую на первой парте с красиво заплетенными косами. В этот момент звенит звонок, и фотограф просит разрешения сфотографировать подростка. Покраснев, девочка соглашается. 

Спустя пару минут подросток вовсю болтает с корреспондентом, цепляясь за возможность разнообразить свои будни. По ее словам, распорядок в колонии довольно строгий. 

Кира с детства жила в поселке в Крыму. Когда ей было 15, они с родителями переехали в Ростов-на-Дону. Спустя всего восемь месяцев после переезда ее задержат по подозрению в распространении наркотиков.

По словам подростка, поначалу ей было очень одиноко и грустно, и она начала искать друзей в Сети. 

По ее словам, в колонии она познакомилась с психологом и вскоре поняла, что хочет заниматься психологией.

Кире осталось всего пару месяцев до УДО. Девочка признается, что хочет забыть это место и жить дальше. 

Несмотря на то что Кира хочет все забыть, колония ее точно не забудет. По крайней мере, жилой корпус и школа. По разрешению начальника колонии подросток разукрасила стены собственными картинами, которые делают пребывание подростков в этом месте чуть уютнее и теплее. 

В целом многие девочки пытаются навести уют в колонии. Кто-то делает с утра всем прически, кто-то разукрашивает стены, кто-то пишет стихи, а кто-то участвует в репетициях, чтобы выступить на сцене клуба учреждения.