Об этой работе популярного артиста, ректора знаменитой «Щуки» уже написано много хвалебных слов. Но не добавить после того, как мне посчастливилось увидеть постановку, нельзя. Прекрасен не только материал, с которым работает Евгений Князев. То, как он в одиночку разыгрывает перед зрителями эту мистическую историю, завораживает. Вот перед нами трусоватый, но возжелавший лёгких денег и, кажется, оттого уже сходящий с ума Герман. А вот — наивная Лизавета Ивановна. Но вдруг раздаётся скрипучий голос, и на сцене уже нет молодой, не в меру романтичной особы, а возникает вздорная старуха — так и есть, это графиня.
Евгения Князева называют мэтром Вахтанговского театра. Он служит в нём с 1982 года и за это время сыграл на сцене более 30 ролей. В Вахтанговском театре образовался интересный творческий союз: в 1992 году Евгений Князев сыграл небольшую роль в одном из спектаклей Петра Фоменко, после чего без него не обходилась ни одна крупная постановка этого необыкновенного режиссёра. Среди работ была и роль Германа в спектакле «Пиковая дама». И вот теперь театралы с упоением смотрят абсолютно новую версию, поставленную по великому произведению. Чем эта история так захватила Евгения Князева? Ведь общеизвестно, что он весьма тщательно подходит к выбору ролей. Об этом артист рассказал в блиц-интервью, которое состоялось перед спектаклем в театре «ФЭСТ».
– Первое, что увлекает, — это сам Пушкин и его текст, — говорит Евгений Владимирович. — Как можно на 20 страницах рассказать такую удивительную историю, в которой есть всё: мистика, взаимоотношения, понимание времени, характеры, построенные только одной фразой? Это гений Александра Сергеевича, он не может не нравиться.
И потом, вы слышали, в Вахтанговском театре был спектакль «Пиковая дама», поставленный Петром Наумовичем Фоменко? К 90-летию мне хотелось как-то особенно почтить его память. И я решился на то, чтобы сыграть уже моноспектакль, посвятил работу своему режиссёру и учителю. Поэтому я не имею права играть хуже, чем когда мы с ним репетировали. Но только там-то я репетировал одну роль, а сейчас мне приходится играть всё: здесь я и Герман, и Чекалинский, и графиня, и Лиза. Но это меня тоже увлекает.
— Это и ответственно, и интересно. Сумею ли я забрать зал, заставить его слушать? Напишут ли зрители в своих социальных сетях, делясь впечатлениями: «Как артист мог один играть все эти роли?» Если это случится, я буду считать, что не напрасно занимаюсь своим делом, и моноспектакль имеет право на существование.
Всё делал сам. Начал с одной главы — её я показал по просьбе музея-заповедника П.И. Чайковского, который находится в городе Клин. Потом читал «Пиковую даму» как художественное произведение. И только затем начал набирать реквизит, играть персонажей на сцене. Так у меня и получился моноспектакль.
Он уже много где побывал: только в январе я с ним выступаю в четырёх городах — Кисловодске, Мытищах, Нижнем Новгороде и Орле.
— Как удаётся совмещать творческую деятельность и руководство театральным институтом? Знаете, не задумывался об этом. За прошедшие 20 лет я сыграл много ролей в театре, кино, выступал в филармониях. И наш вуз находится на очень хорошем счету: выпускаем артистов, которые достаточно быстро становятся лицами российского театра и кино.
Есть хорошая команда. И потом, когда ты выходишь на сцену и видишь, что твоя работа дает результат, что она не бессмысленна, ты не сожалеешь ни о чём…
Артист играет. Всем кажется, что у него какая-то особенная жизнь. Это не так. Недавно мы прилетели с больших гастролей в Перми — там разница во времени. На следующий день играли в Москве. И вот я уже выступаю в Туле, а сегодня приехал в Мытищи. Завтра у меня опять спектакль в Москве и интервью на телевидении, потом — «Война и мир», постановка, которая 5 часов идёт и заканчивается только в 12 ночи. Словом, это нелёгкая работа. Но я ни в коем случае не жалуюсь! Дело вот в чём: если у зрителей совершенно другие ощущения, то это здорово.
Откуда силы? Наверное, Господь даёт. Он же определяет человеку какой-то путь. Один маленькое дело может сделать и сказать, что устал. А мне повелевает всё время находиться в работе. Значит, такое моё послушание в жизни, вот я его и несу.
