Мы можем установить прожиточный минимум в 2 копейки, и тогда у нас все будут богатыми...

Нужно не уговаривать сверхбогатых делиться, а заставить! Куда они сбегут? Во Францию, где до 70% прогрессивный налог? Им некуда бежать! А будут обманывать – тюрьма, банкротство, конфискация имущества...

Олег Куликов: Экономя на медицине, мы рискуем в дальнейшем терять триллионы рублей ежегодно

19.10.2015 16:16

Олег Куликов

Депутат Госдумы 4-го, 5-го и 6-го созывов, КПРФ

Комментарий к статье "Оригинальный" способ борьбы с бедностью: парламентарии о сокращении расходов на здравоохранение

Эти данные не могут не настораживать.

В принципе, у нас всегда было процентов 30 граждан, предпочитающих самолечение обращению к врачам. Но сегодня мы видим, что эта цифра существенно увеличилась. Действительно, для многих медицинские услуги становятся все менее доступными. На селе и в малых городах медучреждения просто отсутствуют. По некоторым оценкам, уже 20 тысяч населенных пунктов не имеют не только медучреждений, но даже врача или фельдшера, который приезжал бы туда для оказания медицинской помощи. А районные больницы находятся нередко на расстоянии не менее 100 километров от этих населенных пунктов – особенно в регионах, находящихся за Уралом.

Второй фактор недоступности медпомощи связан с лекарственным обеспечением. У нас бесплатное лекарственное обеспечение – только в больницах. Поэтому даже если больной доехал до поликлиники и врач ему назначил лекарство, в силу ограниченности своего личного бюджета он может и не приобрести это лекарство, а значит не получит квалифицированной медицинской помощи.

И, конечно же, большой проблемой остается сокращение поликлиник в крупных городах и малая доступность врачей узкой специализации. Как известно, очереди к таким специалистам растягиваются на недели, а порой и на месяцы. Мы также знаем, что людям часто отказывают в неотложной госпитализации – даже в тех случаях, когда она действительно необходима. Отсюда у нас увеличилась смертность на дому, а также внутрибольничная смертность, поскольку людей нередко госпитализируют уже в необратимом состоянии.

На этом фоне запланированное в проекте бюджета сокращение расходов на здравоохранение вселяет еще большую тревогу. Это сокращение в основном ударит по федеральным медицинским центрам, которые раньше являлись институтами Академии медицинских наук и считались своего рода флагманами отечественной медицины.

Беда еще и в том, что сегодня у нас происходит очень существенное замещение государственной бесплатной медицинской помощи коммерческой медпомощью.

Я думаю, в скором времени вся эта ситуация сильно "аукнется" резким увеличением смертности населения. Но исправить положение будет уже очень сложно. Я просто удивляюсь близорукости нашего правительства, которое не видит ту "бомбу", которая скоро взорвется. Мы просто начнем терять население.

Между тем, медицинская помощь – это не затраты, а инвестиции, ведь один человек в среднем приносит в ВВП 1 млн рублей в год. Если у нас не будет доступной медицинской помощи, будут расти инвалидизация и смертность. А это в свою очередь будет приводить к ежегодным потерям порядка 1-2% ВВП. Экономя на медицине десятки или сотни миллиардов, мы рискуем в дальнейшем терять триллионы рублей в год.
Поделиться ВКонтакте Поделиться в Facebook Поделиться в Twitter

"Вообще-то по Конституции принудительный труд у нас запрещен, а сенатор предлагает привлекать к принудительным работам граждан, получающих пособие по безработице, хоть знает, что это за пособие, и стоит ли из-за него, как говорится, «жилы рвать»? Да это крошечные деньги, и он еще предлагает наказывать! Наказывать надо того, кто придумал такое пособие по безработице, которое у нас ниже прожиточного минимума..."

Парламентарии комментируют

"С прошлого года изменен способ расчета бедности. Теперь прожиточный минимум считается не по потребительской корзине, а от медианной зарплаты. Медианная зарплата – это та, меньше которой у нас получает половина граждан. Так вот, в реальных деньгах медианная заработная плата снизилась, поэтому и прожиточный минимум в реальных деньгах тоже снизился. Неудивительно, что при таком расчете бедность у нас тоже сократилась. Мы можем установить прожиточный минимум в 2 копейки, и тогда у нас все будут богатыми..."

Парламентарии и бизнес

Наша страна – это страна тротуарной плитки, торговых центров и видеокамер. Те люди, которые формируют у нас институты власти, финансовые потоки, - им нужно, чтобы в стране было как можно больше видеокамер, потому что это очень хорошие деньги. Какая-то фирма получит теперь право заниматься и цифровизацией судов. Возможно, уже есть какой-то приближенный олигарх, который будет этим заниматься. А как мы будем предъявлять бумаги и документальные свидетельства тех или иных слов, которые озвучивает адвокат?

"Результаты работы парламента будут зависеть прежде всего от того, собирается ли правительство существенным образом изменять экономический курс. Судя по бюджету, этого делать не предполагается. При такое политике практически невозможно существенно улучшить материальное и социальное положение людей. Поэтому по-прежнему российская экономика будет развиваться относительно медленно, и не будет выполнен указ президента № 204, согласно которому мы должны обеспечить экономический прорыв. не будут ...

Видимо, когда власть не может сделать жизнь людей лучше, - не важно, по причине нежелания, или неумения, - власти нужно министерство, которое будет вбивать людям в голову то, что они стали жить лучше. И, наверное, первое, что будет делать министерство – это раздавать нашим гражданам бесплатно телевизоры, с комплектом федеральных каналов. Для такого министерства это будет самым эффективным способом воздействия на умы людей. Раньше это делалось посредством радио и газет, теперь добавилось тел ...

"Этот законопроект предусматривает прямую цензуру в интернете - если, например, появляется информация о коррупции чиновника, то ему можно будет написать заявление в прокуратуру, и будет примерно так же, как в сталинские времена, когда т.н. «тройки» тут же принимали решения и приводили их в исполнение. По сути, это будет тот же внесудебный приговор к высшей мере, только по отношению к сайту. И потом человеку придется ходить по судам и доказывать, что его сайт должны восстановить..."