Картинка
/ Фото: Михаил Малевич

Малевич из Раменского создает киновселенные из стеклопластика


/Главная /Общество
Автор текста:
Елена Забелина
/Главная /Общество
Автор текста:
Елена Забелина

В 2026 году на экраны вышла игровая адаптация «Простоквашино» — и вместе с ностальгией по любимым героям зрители увидели нового «Тр-тра Митю». Синий трактор с пластмассовой кабиной, который по книгам Эдуарда Успенского питается не бензином, а продуктами, обрел физическое воплощение. И сделал его не кинокомбинат, не студийный цех, а частный мастер из подмосковного Раменского. Корреспондент REGIONS поговорил с Михаилом Малевичем — человеком, который больше десяти лет создает из стеклопластика скульптуры, бутафорию и декорации для кино, — чтобы узнать, как устроена эта работа изнутри.

Картинка
/ Фото: Михаил Малевич

Стеклопластик — один из самых востребованных материалов в производстве бутафории. Он прочен, легок, устойчив к перепадам температур и позволяет создавать объекты практически любой сложности. В арсенале Малевича — десятки видов сырья: от эпоксидных смол и силиконов до пенопласта, полиуретана и гипса. Каждый проект, по его словам, требует индивидуального подхода как к выбору технологии, так и к финальной отделке.

Как кино получает своего героя

Отдельная глава в портфолио мастера — работа над синим трактором для картины «Простоквашино». Процесс создания этого, казалось бы, простого объекта оказался сложным и многоступенчатым.

Все началось с 3D-модели. По словам Михаила, сначала сделали трехмерную модель по картинке-рендеру, которую прислали киношники. Но отправной точкой стал совсем другой трактор — самый обычный, без каких-либо навесных элементов.


«Мы делали скан с трактора, который прислали киношники. Трактор был самый простой, на нем ничего не было — рама, двигатель, колеса и сиденья. Мы с него сняли скан, загрузили в компьютер и уже по этому скану начали наращивать, так скажем, массу, которая будет похожа уже на рендер, который прислали киношники», — рассказывает мастер.

Когда модель утвердили, начался физический этап. Из пенопласта на станке с ЧПУ вырезали заготовку. Но это была только черновая форма.


«Потом уже я в мастерской руками все это доводил, сглаживал некоторые моменты. И потом снималась матрица и делалась уже основная стеклопластиковая корка», — рассказывает мастер.

Но и после этого работа не закончилась. Готовую стеклопластиковую основу шпаклевали, красили. Создавали интерьер внутри. Трактор получился не просто полой оболочкой.


«Он получился не просто корочкой: трактор имел толстенькую стенку, обклеивался изнутри специальными тканями. Он получился такой, ну как настоящий. Приятный такой автомобиль», — вспоминает Малевич.
Картинка
/ Фото: Михаил Малевич

Бутафория как искусство и ремесло

Сам процесс создания киношной декорации — это не хаотичное творчество, а четкая технологическая цепочка. Сначала рождается мастер-модель — прототип, по которому отливают форму. Затем — работа с финальным материалом, шлифовка, грунтовка и роспись. Только после этого объект попадает в кадр.

Интересно, что, по данным «Мосфильма», пенопласт и стеклопластик остаются базой для многих декорационных цехов именно благодаря сочетанию легкости и прочности. В его активе — не только кинопроекты, но и скульптуры для интерьеров, объемные фигуры для мероприятий, эксклюзивные изделия на заказ.

В портфолио мастера — не только работа над синим трактором для «Простоквашино». К примеру, он создавал инсталляцию для московского «Детского мира», приуроченную к выходу анимационного фильма «Финник».

Картинка
/ Фото: Михаил Малевич

О несбывшейся мечте

Несмотря на работу с крупными студиями и федеральными проектами, Михаил признается, что у него есть мечта, которая пока не осуществилась.


«Я сам родился в Раменском, живу в Раменском, и всегда хотелось для своего города какую-то скульптуру поставить в городе, чтобы люди ходили любовались», — говорит Малевич.

В эпоху, когда цифровые технологии позволяют создать любой объект на экране, физическая бутафория не уходит в прошлое. Актерам нужно с чем-то взаимодействовать на площадке, а зрителям — видеть фактурный, осязаемый мир. Именно поэтому студии по-прежнему обращаются к мастерам, которые умеют работать руками.

За кадром любого фильма остаются десятки таких специалистов. О них редко пишут, но именно они делают кино не просто картинкой, а пространством, в котором хочется оказаться.

Ранее сообщалось, что на Гжельском заводе гусь помог расписывать интерьер.