
Для Подмосковья это историческое событие. Гжель — не просто точка на карте, а центр целого исторического района, «гжельского куста», объединяющего около 25 деревень в Раменском городском округе. Веками эта земля кормила и прославляла своих жителей благодаря уникальным залежам высококачественной белой глины. Еще в XVII веке по указу царя Алексея Михайловича гжельскую глину доставляли в Москву для изготовления аптекарской посуды. Великий ученый Михаил Ломоносов восхищался ее чистотой, называя «едва ли… землей самой чистой… на свете».
Включение в «Золотое кольцо» — это официальное признание на государственном уровне колоссального культурного и исторического значения этого места. Власти рассчитывают, что такой шаг поможет развитию территории, увеличит поток туристов и вклад отрасли в экономику страны.
Знаменитый сине-белый стиль Гжели — результат многовековой эволюции. Изначально местные мастера делали игрушки и многоцветную майолику. Перелом наступил в начале XIX века, когда для росписи стали широко использовать синюю краску на основе окиси кобальта. Она оказалась единственной, способной выдерживать высокую температуру обжига. Так родилась та самая лаконичная и выразительная палитра, которую сегодня узнают во всем мире. Расцвет промысла пришелся на середину XIX века, когда в районе работало более 50 заводов.
После сложного периода XX века традиция была возрождена, и сегодня в Раменском округе работают несколько крупных предприятий, таких как «Гжельский фарфоровый завод» и «Гжель — художественные мастерские», которые хранят и развивают старинное ремесло.
Для путешественников включение Гжели в маршрут означает новые, яркие впечатления в шаговой доступности от Москвы. Главное, что можно здесь сделать — это своими глазами увидеть рождение фарфорового чуда.
Добраться до новой жемчужины Золотого кольца легко: от Казанского вокзала Москвы электричка до станции «Гжель» идет чуть больше часа. На автомобиле путь по Егорьевскому шоссе займет около 60 километров.
Ранее сообщалось, что в Гжели создали коллекцию, которая откликнется в сердце советского ребенка.