Но
иногда речь идет о настоящем рабстве, причем рабами становятся самые разные
люди. Недавно в городском паблике Балашихи появился пост от жителя Астраханской
области. Он утверждает, что к нему за помощью обратился уроженец Балашихи, у
которого украли документы и заставили работать под Астраханью на чабанских
точках.
Как
люди оказываются в подобных ситуациях и чем можно помочь – в материале Regions.
Смог сбежать
Хозяева
работного дома под Пушкино развешивали объявления о помощи в поисках работы и
восстановлении документов. Тех, кто обращался, увозили к себе. Так продолжалось
до тех пор, пока схему не разоблачил несостоявшийся работник из Мордовии. Он
смог сбежать и добраться до полицейских.
Подобных
заведений в России немало, есть они и в Подмосковье. Часто в них попадают
бездомные, которым просто некуда больше идти. Как устроены такие лагеря и чем
они различаются, Regions
рассказал Емельян Сосинский, руководитель сети приютов «Дом трудолюбия «Ной»,
где помогают людям без определенного места жительства.
Сосинский
объясняет, что работные дома бывают разные. В некоторых люди живут и работают
добровольно, получая зарплату и отдавая определенную сумму на свое содержание.
Но есть и такие места, где работников держат насильно и ничего не платят.
Сосинский подчеркивает, что такая форма, конечно, незаконна.
Обычно
бездомных развозят на работу на машинах. Следить за ними остаются старшие. Но
некоторые все равно бросают работу и уходят, особенно в теплое время года. А
потом снова возвращаются в тот же работный дом или ищут другой.
«Беда
в том, что все больше в такие места попадают инвалиды, старики и женщины,
которые кормятся как раз за счет рабочего состава. Сами они трудиться уже не
могут. Их нужно содержать. Допустим, в одном таком доме проживает 1200 человек,
из них работают 800. Тогда их зарплат на всех не хватает», – продолжает Сосинский.
Статуса
нет
По
его словам, в основном работные дома не имеют официального статуса. Обычно это
просто арендованный коттедж или даже квартира, где с разрешения хозяев селят
бездомных работников.
«Это
единственная возможная форма их размещения, но все достаточно неопределенно с
юридической точки зрения», – говорит правозащитник.
Однако
в последнее время бездомных в Московской области стало намного меньше. Поэтому
сейчас честные работные дома готовы принимать любых трудоспособных жильцов,
даже с алкогольной зависимостью.
«Везде
наблюдается дефицит рабочей силы. Теперь работодатели борются даже за
бездомных. Им готовы предоставлять не только работу, но и бесплатное жилье в
хостелах, каждое утро возить их на рабочее место. После массового выезда
мигрантов, полагаю, тенденция усилится», – рассуждает эксперт.
В свободном плавании
58-летний
Александр живет в работном доме уже пять лет. Документов у него нет. Еще в
молодости он попал в тюрьму, потом вышел и снова получил срок. И так – 30 лет
подряд.
«Мать
умерла. Жена бросила. Сестра из родительской квартиры выписала. Признаюсь
честно, опустился на самое дно», – поделился мужчина.
По
его рассказам, в работные дома он обычно приходит сам в октябре-ноябре, весной
снова отправляется в свободное плавание.
«Сейчас,
конечно, понимаю, что надо что-то делать со своей жизнью. Спина болит, ноги
болят», – вздыхает мужчина.
Бывает
хуже
Но
иногда людей заманивают настоящие рабовладельцы, чтобы увезти в глушь,
заставить работать на полуподпольном производстве или пасти скот. Выбраться из
такой ситуации очень сложно.
«Большая
часть содержащихся в неволе людей подавлены психологически и запуганы, они
боятся бежать», – рассказала Regions Арина Файрушина, сотрудник движения
«Альтернатива», которое борется с трудовым рабством.
Она
говорит, что в «Альтернативу» чаще обращаются люди, чьи близкие пропали без
вести и предположительно находятся в рабстве.
«Механизм действия в этом случае один: следует
подать пропавшего в розыск. Если человека действительно удерживают насильно, то
с большой вероятностью преступники прикажут ему выйти на связь с близкими и
убедить, что у него все в порядке, просить его больше не искать», – добавляет
Файрушина.
Даже
если сразу человека не удастся освободить, то в любом случае такой звонок – это
шанс получить важную информацию.
Ранее
мы рассказывали, как в Пушкино пресекли деятельность банды рабовладельцев.
Медицинские работники в Московской области продолжают улучшать свои жилищные условия благодаря программе «Социальная ипотека». В Министерстве здравоохранения по региону рассказали, как медики могут попасть в эту программу.
Программа действует в Московской области с 2016 года. Условия для участников весьма привлекательные: регион оплачивает половину стоимости квартиры или дома — эти деньги идут как первоначальный взнос. Оставшуюся сумму основного долга также компенсируют из бюджета, но частями на протяжении 10 лет. Получателю сертификата остается лишь вносить ежемесячные платежи по процентам.
Уточняется, что подать заявку на участие могут как врачи, так и средний медицинский персонал. Сделать это можно прямо сейчас через региональный портал госуслуг. В Министерстве здравоохранения Московской области отметили, что от медиков уже поступило более 70 заявок, сейчас документы проходят проверку.
«Программа „Социальная ипотека“ позволяет медицинским специалистам обзавестись собственным жильем. За время ее действия свидетельства на приобретение жилья получили более 2 тыс. подмосковных медработников», — рассказал министр здравоохранения Московской области Максим Забелин.
Он добавил, что в 2026 году медицинским работникам планируется выдать еще 81 свидетельство.
/ Фото: istockphoto.com/Anastasiia Stiahailo
Спасатели предупредили об опасности выхода на тонкий лед в марте
Жителей Подмосковья попросили воздержаться от выхода на лед в марте
В Подмосковье жителей предупредили об опасности выхода на лед в марте. Из-за резкого потепления и активного снеготаяния лед на водоемах быстро теряет прочность и становится крайне нестабильным. Об этом сообщили в Главном управлении гражданской защиты Московской области.
По данным ведомства, в регионе наблюдаются температурные колебания: днем снег активно тает, а ночью возможны легкие заморозки. Такие перепады делают лед особенно опасным, поскольку он подтаивает снизу, теряет структуру и становится рыхлым и пористым. Даже внешне прочный лед может неожиданно проломиться под человеком.
Дополнительную опасность представляет талая вода, скапливающаяся под снежным покровом. Из-за нее невозможно визуально определить толщину и прочность льда. Особый риск возникает у берегов, мостов, причалов, зарослей камыша и тростника, а также в местах течения, сброса теплых вод и на участках, покрытых снегом.
В связи с этим жителей просят не выходить на лед водоемов и внимательно следить за детьми. Родителям рекомендуют объяснить, что игры на льду и катание со склонов возле замерзших рек, озер и прудов могут быть опасны для жизни.
Специалисты также напомнили правила действий, если человек провалился под лед. Необходимо раскинуть руки в стороны и попытаться лечь грудью на кромку льда, постепенно выбрасывая ноги на поверхность и перекатываясь в сторону, откуда пришли. После выхода из воды нужно как можно быстрее попасть в теплое помещение, переодеться в сухую одежду и обратиться за медицинской помощью.
Если рядом провалился другой человек, подходить к полынье стоя нельзя — следует подползать лежа, широко расставив руки и ноги, и подать пострадавшему длинный предмет: шарф, веревку, ремень или палку. После спасения его необходимо немедленно доставить в теплое место и вызвать экстренные службы по номеру 112.
/ Фото: REGIONS/Владимир Ерастов
Дачный домик могут снести после суда с соседями: как этого избежать
Юрист Елисеев: дачный домик или баню возле забора соседа могут заставить снести
Юрист юридической компании «Право-Сити» Матвей Елисеев рассказал REGIONS, какие самовольные дачные постройки чаще всего становятся причиной судебных разбирательств. По его словам, вопреки распространенному мнению, споры возникают не из-за роскошных «дворцов», а из-за вполне обычных строений.
В зоне повышенного риска находятся дома и бани, возведенные практически вплотную к соседскому забору.
«Нарушение трехметрового отступа само по себе формально является основанием для требований о сносе, а если строение еще и затеняет участок или увеличивает пожарную нагрузку, у соседей появляются очень сильные аргументы. В такой ситуации договориться миром сложно, и дело часто доходит до суда», — пояснил эксперт.
Еще одна категория проблемных объектов — строения, выходящие за рамки разрешенных параметров застройки. Например, трехэтажный дом там, где правилами разрешен только один этаж, капитальные хозпостройки с выгребными ямами в непосредственной близости от соседского колодца, а также возведение в красных линиях улиц и дорог. Все это классические примеры самовольных строений.
«Штраф, который в последние годы вырос, проблему не решает: его уплата не легализует объект, а лишь фиксирует факт нарушения», — подчеркнул Елисеев.
Если суд приходит к выводу, что постройка создана в зоне абсолютного запрета или представляет неустранимую угрозу, финалом становится именно снос за счет владельца, а не попытка узаконить уже построенное.
/ Фото: istockphoto.com/elenaleonova
Сарай, баня, теплица: какие постройки на участке придется узаконить в 2026 году
Сарай на фундаменте — уже не просто сарай, а полноценный объект недвижимости, который придется узаконивать наравне с домом. Именно такие постройки в 2026 году могут стать источником штрафов и проблем при продаже участка. Об этом REGIONS рассказала юрист, член Московской областной коллегии адвокатов Ирина Зуй.
Что именно придется оформлять
В ближайшие годы контролирующие органы будут особенно внимательно смотреть на то, что именно стоит на дачах и ИЖС‑участках. Ключевой критерий прост: есть прочная связь с землей или нет.
«Объектом капитального строительства считается здание или сооружение на надежном основании — бетонном фундаменте, массивной плите, серьезных заглубленных опорах. Такие бани, сараи, хозблоки и даже теплицы подлежат регистрации в Росреестре как отдельные объекты», — уточнила Зуй.
Легкие навесы, разборные теплицы «на дугах», бытовки и конструкции без фундамента обычно считаются временными и не требуют постановки на кадастровый учет. Но «обычно» — не значит всегда. В каждом спорном случае чиновники и суды оценивают конкретную постройку: ее габариты, тип основания, возможность демонтажа.
Металлический сарай на блоках и капитальная баня на ленте по документам могут оказаться в совершенно разных правовых режимах, хотя для владельца оба — всего лишь «хозпостройки».
/ Фото: istockphoto.com/Aleksey Matrenin
Какие риски у незарегистрированных построек
Игнорировать оформление капитальных строений становится все опаснее. Штрафы — не единственное последствие.
«Незарегистрированный сарай или баня создают проблемы при любой серьезной сделке: купле‑продаже, дарении, наследовании. Формально того, чего нет в Росреестре, как бы нет и в составе имущества, и это может обернуться спорами между наследниками и отказами банков при сделках», — предупредила юрист.
К этому добавляются сложности с подключением электричества или воды к таким объектам — без документов сетевые организации вправе отказать. Особая зона риска — регионы, где ужесточается контроль за самостроем и использованием земель. Там дачнику могут не только выписать предписание оформить капитальный объект, но и в крайних случаях потребовать его снести, если он возведен с нарушением норм или на «не той» категории земли.
«Чтобы не доводить до конфликтов, владельцам участков уже сейчас стоит провести „ревизию“: все, что стоит на фундаменте и явно рассчитано на долгие годы эксплуатации, лучше узаконить заранее, пока это можно сделать в рабочем порядке, а не под давлением проверок», — резюмировала Зуй.
Ранее агроном назвала идеальное время для высаживания в грунт в Подмосковье.
«Неизвестно, как жить дальше»: что стало с уроженцами Таджикистана в Подмосковье после «Крокуса»
Однако помимо официальных мероприятий возникли и другие последствия.
Некоторые приезжие, не имеющие никакого отношения к теракту, столкнулись с
прессингом общественности. Мы пообщались с несколькими жителями Подмосковья
родом из ближнего зарубежья, и узнали, как на них повлияло случившееся в
«Крокусе».
Начальник попросил не работать
Уроженцы
Таджикистана, живущие и работающие в Московской области,
не знают, что им делать. То ли оставаться в России, то ли паковать вещи и
срочно уезжать. После теракта, по
словам наших собеседников, многие сторонятся приезжих из
Средней Азии. В хостелах им
отказывают в местах, некоторые хозяева съемных
квартир предупреждают о расторжении договора, пассажиры отказываются от поездок
в такси, если водитель — мигрант.
Абдулла Д. (Все имена изменены. — Прим. ред.), например, проживает в Домодедове. Ему 45 лет. Российский паспорт получил в 2011-м. А
переехал сюда и того раньше. Тем не менее, как убежден мужчина, при встрече некоторые косо
смотрят не на паспорт, а на внешность: темноволосый, невысокий, с бородой.
«Меня все знают как человека работящего и
обязательного. Я давно уже россиянин. Здесь у моей семьи своя квартира. Я
хорошо знаю русский язык и никаких проблем с полицией не имею. Работаю я по
найму. Но недавно после
теракта мой работодатель позвонил мне и сказал, что лучше,
пока все не успокоится, временно не выходить на работу. Он во мне не
сомневается. Это только из-за моей внешности. Мало ли, вопросы возникнут у
кого-то, или кто потребует проверку провести, документы-то в порядке, но ни к чему это», — рассказал
Абдулла в беседе с Regions.
Мужчина
говорит, что сейчас пока занимается домашними делами, до
которых раньше не доходили руки.
«На кухне кое-что надо подкрасить и поменять, балкон разобрать, починить
сломанные электроприборы. В общем-то, дела дома есть, и поэтому я пока не переживаю. Жду, когда все
успокоится. Работодатель меня не увольняет, вошел в положение, даже обещал
заплатить за эти две недели
отсутствия», — продолжил работник.
«Все стали настороженно смотреть»
Еще одна
наша героиня Елена сама из Молдавии, но замужем за уроженцем Таджикистана. У них двое детей. Квартира съемная.
Супруг недавно вернулся на Родину, оплатил жилье семье за месяц
вперед. Что будет дальше,
Елена пока не знает. Она сама не работает, сидит с детьми. Очень
надеется на помощь своей родни. Ехать к мужу в Душанбе не хочет.
«Думаю, поеду к матери в Молдавию, чтобы
переждать, пока все уляжется. Мы обычные люди, но все стали настороженно на нас смотреть. В том
числе даже и соседи. Боимся, что откажут в квартире. Муж работал таксистом. Сейчас он
работу потерял. Многие и раньше не хотели ехать с человеком, которого зовут не
Иван, а теперь и вообще. Это обидно, мы купили недавно земельный участок, муж и
его родственники начали строительство. Сейчас приходится все бросать и
неизвестно, как жить дальше, наверное, продадим за бесценок», — призналась женщина в беседе с Regions.
«Прорыдала всю ночь»
Уроженка Узбекистана Гуля Н. в России уже пятый год. На Родине у нее
остались трое детей, а у нас она работает, чтобы отправлять все деньги родным.
«Я очень держусь за свое место в
магазине. Я работаю там продавцом, тут ушла уборщица-таджичка – я стала работать и вместо нее
тоже, немного добавили денег к зарплате. Посмотрим, что будет дальше. Наши
разъезжаются или прячутся по
домам», — говорит женщина.
Хозяин
магазина, где работает Гуля, ее земляк и тоже с российским гражданством. Свою
семью он отправил в Бухару.
«Сам на улицу он носа не высовывает. У
меня самой уже проверяли документы один раз на улице. Меня это обидело — я не то, что
стрелять, бегать не умею. А
вообще, когда о теракте узнала, прорыдала всю ночь. Так мне
жалко погибших людей. Приношу соболезнования их семьям. Уверена, что эти
шайтаны, кто такое устроил, получат по заслугам!» — воскликнула женщина.
«Их стерегут вербовщики»
В целом, по
словам экспертов, особенно масштабных изменений не наблюдается. Квартиры и раньше сдавали преимущественно лицам славянской
национальности. В вакансиях тоже нигде не пишут, что не берут уроженцев Таджикистана. Тем более, что подобная дискриминация запрещена законодательно. В
нескольких местах, впрочем, появились объявления, что рассматривают резюме только граждан РФ — без
стран СНГ.
«Нельзя допускать дискриминацию законопослушных трудовых мигрантов.
Наоборот, принимая их на работу, нужно создавать им нормальную обстановку. То
есть своевременно выплачивать зарплату, помогать с местом для проживания,
обеспечивать хорошие санитарно-гигиенические условия, предоставлять социальный
пакет. Все это дает большие гарантии, что мигранты будут работать качественно,
будут эффективны на своих местах и не будут читать сомнительные каналы в
социальных сетях, где их стерегут вербовщики», — высказала свою точку зрения
Regions Мария Архипова, председатель Ассоциации Адвокатов России за Права
Человека.
Она отметила, что последнее время
участились жалобы именно от мигрантов: им не выплачивают в должной мере зарплату, выгоняют
из съемного жилья. В таких
обстоятельствах, отметила юрист, чаще соглашаются на сомнительные предложения.
«Сегодня мы читаем огромное количество
высказываний про немедленную высылку мигрантов из РФ, ужесточение миграционной
политики — так недолго и до национализма дойти, что недопустимо для
многонациональной России. От таких высказываний вреда гораздо больше, чем пользы», — продолжила Архипова.
Совершенствовать
контроль
Не совсем согласна она и с недавним
предложением Минсоцтруда РФ об ограничении срока контрактов для
иностранцев до двух лет.
«Каковы гарантии, что спустя два года человек
поедет домой или в третью страну, что он не останется в России, и будучи без
денег и в отчаянном положении не поддастся на вербовку в террористическую
группировку или войдет в преступную группу? Такие ограничения создают
больше рисков, чем решают проблему, с которой все сейчас призваны бороться.
Опасность терроризма происходит из бедности, неграмотности, необразованности»,
— уверена юрист.
Архипова предлагает предупреждать
подобные явления, а не бороться с их последствиями.
«При этом, конечно же, надо
совершенствовать механизмы контроля за ситуацией. На мой взгляд, нужно думать о
более плотном сотрудничестве с правоохранительными системами стран, откуда к
нам приезжают мигранты, чтобы не допускать пересечение границы РФ нежелательными
элементами», — заключила юрист.
Ранее мы рассказывали, как после
теракта в «Крокусе» в аэропортах активизировались мошенники.
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zLzRfMHEzY1VJMS5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL24wNmg2enE0bDMzdzRleW50aGliZmhwMm5leDV5Z2Jxc3k4ZHg2a2c0eGFpaHRzMGJmZXRydGZkdnl4YXRobHlqdHpoangwdmV6MDY5ZjJ4cHh5ZG40cmlqZHFhYXRqeS5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zLzNhNTBlYjZjMTkzYzExZjE4ZTNjZTY0OTc2ODNmMTAyLTEuanBn.webp)
:format(webp)/aHR0cHM6Ly94bi0tODBhaGNubGhzeGoueG4tLXAxYWkvbWVkaWEvbXVsdGltZWRpYS9tZWRpYWZpbGUvZmlsZS8yMDI2LzAzLzAzLzIwMjYwMTMwXzE1MTc1OS5qcGc.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL2phZGVybmFqYS1tZWRpdHNpbmEtc2l0ZS13aWRlXzFMd1MzUU8uanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL3JlYmVub2suanBn.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL2dpcmxqYW5kYS1uYS1kb21lLWRhY2hhLW5nLXNpdGUtd2lkZV82N3llT3JnLmpwZw.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL2lzdG9jay0xNDU0Mzg2OTUwLmpwZw.webp)
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8zL2lzdG9jay0xNzU5MjIzODA2LmpwZw.webp)