Не лень, а рациональный вывод: как личный опыт формирует трудовой пессимизм

/Главная /Общество

Автор текста:

Варвара Третьяк

Сегодня 22:31

/Главная /Общество

Автор текста:

Варвара Третьяк

Сегодня 22:31

В России растет число молодых людей, которые убеждены: сколько ни работай, материального благополучия не добиться. По данным опроса Института социально‑политических исследований РАН, с этим утверждением согласны 38,2% молодых россиян. Причем среди «трудовых пессимистов» преобладают женщины — их 60,9%. При этом эта же группа чаще остальных называет патриотизм и гражданственность значимыми для страны (52,3% против 49% в среднем по молодежи) и больше доверяет президенту и армии. Об этом сообщает «Вечерняя Москва».

Получается парадоксальный портрет: человек готов защищать родину, но не верит, что способен построить свое благополучие собственным трудом. Ответственность за личное благосостояние он передает государству.

Психологическая сторона: выученная беспомощность и «эрзац‑отец»

Психолог и психоаналитик Ольга Лобасева объясняет этот феномен через концепцию выученной беспомощности: если усилия годами не приводят к результату, психика перестает верить в причинно‑следственную связь «труд = благополучие». Для женщины такой вывод может быть не искажением, а рациональной оценкой реальности — с учетом разрыва в оплате труда, двойной нагрузки (работа плюс «вторая смена» дома) и карьерных барьеров вплоть до «стеклянного потолка».

Парадокс с высоким уровнем патриотизма эксперт трактует как механизм психологической компенсации. Если у человека нет ощущения личной субъектности, ему нужна общность, где он чувствует себя частью чего‑то великого и сильного. Государство и страна становятся своего рода «эрзац‑отцом» — заменителем символической фигуры авторитета и порядка. Служение «великой идее» дает чувство защищенности и причастности, не требуя ежедневного подтверждения личной эффективности.

По прогнозу психолога, долгосрочные последствия могут быть серьезными: горизонт планирования сужается до одного дня, снижается готовность брать на себя долгосрочные обязательства (ипотека, рождение детей, построение карьеры). В перспективе это грозит усилением патерналистских настроений — общество будет ждать, что государство «придет и все исправит».

Экономическая сторона: средняя vs медианная зарплата

Финансовый аналитик Марина Анастасиади обращает внимание на разрыв между макроэкономическими показателями и личным опытом граждан. Да, средняя начисленная зарплата в 2025 году составила 100 360 рублей, реальные доходы выросли, а уровень бедности опустился до 6,7% — исторического минимума. Но эти цифры не отражают положение большинства.

Ключевой нюанс — разница между средней и медианной зарплатой. В апреле 2025 года средняя была 99,4 тысячи рублей, а медианная — 73,4 тысячи. Это значит, что половина работников получает меньше этой суммы. Молодой человек ориентируется не на среднюю зарплату по стране, а на свой личный доход. Если цены на жилье, аренду и базовые товары растут быстрее, чем его зарплата, вывод о том, что «сколько ни работай, не разбогатеешь», становится не проявлением упадочничества, а рациональной оценкой своей ситуации.

Рынок труда: кадровый голод и ожидания сотрудников

На российском рынке труда сейчас острый дефицит кадров — нехватка оценивается примерно в 3–4 миллиона человек при рекордно низкой безработице (2,2%). В 2025 году с дефицитом квалификации столкнулись 93% работодателей. Самые востребованные и одновременно дефицитные профессии — врач, повар и дворник. По прогнозам, проблема сохранится до 2028 года.

При этом бизнесу важно не только закрыть вакансии, но и удержать сотрудников, не дать им опустить руки. Дефицит кадров уже заставляет компании активнее вкладываться в обучение, удержание и повышение производительности, а также наращивать спрос на специалистов по автоматизации и ИИ.

Международный контекст

Схожая эрозия веры в труд наблюдается и в других странах, но с иным психологическим «компенсатором». Например, по данным Harris Poll (2026), 76% британцев 18–34 лет уверены, что упорный труд приносит меньше отдачи, чем их родителям. При этом 34% вообще не верят, что труд ведет к финансовому успеху. Молодые британцы объясняют свои перспективы внешними факторами: глобальной экономикой, семейным происхождением, рынком жилья. В отличие от российской молодежи, они не компенсируют трудовой пессимизм повышенным патриотизмом — они просто констатируют, что система работает не в их пользу.

Что это значит и что можно сделать

Феномен «трудовых пессимистов» — не про лень и не про нежелание работать. Это отражение разрыва между ростом экономики и личным ощущением перспектив. Усталость, неверие в отдачу и кадровый голод — взаимосвязанные проблемы, которые нельзя решить изолированно.

Эксперты видят первые признаки того, что экономика начинает реагировать: бизнес вынужден инвестировать в людей и эффективность, медианные зарплаты медленно растут, растет спрос на инструменты автоматизации. Но главное — о проблеме начали говорить вслух с разных сторон: социологи, психологи, экономисты. Следующий шаг — создать понятные механизмы, которые помогут человеку видеть отдачу от своего труда в собственной жизни: предсказуемые правила, работающие социальные лифты и реальные возможности для роста.